![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Виктор Голышев: «„1984“ — отравленная книжка, и эта зараза проникает в тебя»
"Теорию лучше не знать никакую. Это очень большая наука сейчас: про это много пишут инязовские люди, а я просто не понимаю некоторых слов. Это дело для тех, кто занимается теорией. А у тех, кто переводит, свое дело. Если смотреть в теорию, у тебя будут связаны руки. Как в анекдоте. Человека спросили: вы, когда спать ложитесь, руки на одеяло кладете или под одеяло? А он не знал, и поэтому он не мог заснуть — как ни положи, все равно неудобно. Примерно такое же отношение теория имеет к переводу. Ты просто поселяешься в этой книжке — тебе не надо никакой теории для этого. "
"Зачем переводишь, мне трудно объяснить. Писатель — большой человек, а ты маленький, поэтому это нельзя назвать дружбой, но это такое общение."
"Меня попросили перевести сборник маленьких рассказиков Шервуда Андерсона «Уайнсбург, Огайо» — перевести по новой, потому что его переводили до войны люди с фамилиями Танк и Охрименко. Если человек жив, я точно не буду переводить — неважно, хорошо он перевел или плохо. Потому что он деньги получает за переиздания. Эти два переводчика уже умерли, и я согласился. А рассказы, которые переводили Татьяна Максимовна Литвинова, которая потом в Англию уехала, и Нина Бать, которую я видел в детстве у матери, я переводить не стал — потому что Нину Бать я видел живую."
"Принципы — это такая вещь, которая тебе упрощает жизнь. Ты решил, что больше не будешь в чужой карман лазить — и все, жизнь очень упрощается. Принципы — это способ упрощения жизни. Плохие принципы тоже кому-то упрощают жизнь. Врагов надо истребить — ты их и истребляешь, не особенно разбираясь, насколько он враг."
"Теорию лучше не знать никакую. Это очень большая наука сейчас: про это много пишут инязовские люди, а я просто не понимаю некоторых слов. Это дело для тех, кто занимается теорией. А у тех, кто переводит, свое дело. Если смотреть в теорию, у тебя будут связаны руки. Как в анекдоте. Человека спросили: вы, когда спать ложитесь, руки на одеяло кладете или под одеяло? А он не знал, и поэтому он не мог заснуть — как ни положи, все равно неудобно. Примерно такое же отношение теория имеет к переводу. Ты просто поселяешься в этой книжке — тебе не надо никакой теории для этого. "
"Зачем переводишь, мне трудно объяснить. Писатель — большой человек, а ты маленький, поэтому это нельзя назвать дружбой, но это такое общение."
"Меня попросили перевести сборник маленьких рассказиков Шервуда Андерсона «Уайнсбург, Огайо» — перевести по новой, потому что его переводили до войны люди с фамилиями Танк и Охрименко. Если человек жив, я точно не буду переводить — неважно, хорошо он перевел или плохо. Потому что он деньги получает за переиздания. Эти два переводчика уже умерли, и я согласился. А рассказы, которые переводили Татьяна Максимовна Литвинова, которая потом в Англию уехала, и Нина Бать, которую я видел в детстве у матери, я переводить не стал — потому что Нину Бать я видел живую."
"Принципы — это такая вещь, которая тебе упрощает жизнь. Ты решил, что больше не будешь в чужой карман лазить — и все, жизнь очень упрощается. Принципы — это способ упрощения жизни. Плохие принципы тоже кому-то упрощают жизнь. Врагов надо истребить — ты их и истребляешь, не особенно разбираясь, насколько он враг."
