Ты ее любишь?
Jul. 29th, 2016 03:57 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
vitaly_ilПоздняя осень, а скорее уже и зима 1981-го. Сидим на кухне у Давида Самойлова в компании с Юрием Левитанским. Больше, вроде бы, нет никого, что редкость. Так как обычно, когда Давид Самойлович наезжал из Пярну, в его просторную квартиру набивалась уйма народу, а тут как-то даже пустовато. Поэтому и не в большой комнате, а на кухне. Выпиваем, конечно, но по чуть-чуть. И разговор заходит о приближающемся 60-летии Юрия Давыдовича, о том, дадут ли ему по этому случаю орден или как.
Юрий Давыдович, внешне обычно невозмутимый, даже флегматичный, но внутренне всегда мятущийся, начинает нервничать: «Ну, что дадут, что дадут? В лучшем случае “Знак Почета”...»
Еще по чуть-чуть, помолчали, коснулись какого-то другого сюжета. И вдруг Давид Самойлович спрашивает: «Юра, ну скажи по-честному, ты ее любишь?». «Кого ее?» — не сразу, скажу по-нынешнему, «врубается» Левитанский. «Советскую власть, естественно, ты любишь или нет?» — не отстает Самойлов. «Терпеть не могу», — ответ однозначен. «Вот, — задумчиво-задумчиво произносит хозяин кухни. — Так почему же ты ждешь, что она тебя будет любить больше, чем ты ее?»
...............................
Но это все было до принятия федотовского «Закона о печати и СМИ» (1990), где в первой же статье сказано: «Печать и другие средства массовой информации свободны <...> Цензура массовой информации не допускается».
Ну, я как редактор и расслабился. Оказалось, что зря. Получаю, спустя пару месяцев, письмо из Главлита, где сказано, что эта почтенная организация перешла на хозрасчет и обещает теперь оказывать консультации по охране государственных и прочих тайн на платной основе. То есть мы должны им заплатить, чтобы они нам запретили.
До сих пор гадаю, подписала ли какая-либо из редакций такой взаимовыгодный договор с цензурой.
......................................
Хорошо пишет Сергей Чупринин, особенно удается ударная концовка:
- "Но на «ты» мы, впрочем, так с ним и остались" - про Куняева
- "Зря я это сказал. Но запомнил, мне кажется, все-таки не зря" - про Евгения Винокурова
Юрий Давыдович, внешне обычно невозмутимый, даже флегматичный, но внутренне всегда мятущийся, начинает нервничать: «Ну, что дадут, что дадут? В лучшем случае “Знак Почета”...»
Еще по чуть-чуть, помолчали, коснулись какого-то другого сюжета. И вдруг Давид Самойлович спрашивает: «Юра, ну скажи по-честному, ты ее любишь?». «Кого ее?» — не сразу, скажу по-нынешнему, «врубается» Левитанский. «Советскую власть, естественно, ты любишь или нет?» — не отстает Самойлов. «Терпеть не могу», — ответ однозначен. «Вот, — задумчиво-задумчиво произносит хозяин кухни. — Так почему же ты ждешь, что она тебя будет любить больше, чем ты ее?»
...............................
Но это все было до принятия федотовского «Закона о печати и СМИ» (1990), где в первой же статье сказано: «Печать и другие средства массовой информации свободны <...> Цензура массовой информации не допускается».
Ну, я как редактор и расслабился. Оказалось, что зря. Получаю, спустя пару месяцев, письмо из Главлита, где сказано, что эта почтенная организация перешла на хозрасчет и обещает теперь оказывать консультации по охране государственных и прочих тайн на платной основе. То есть мы должны им заплатить, чтобы они нам запретили.
До сих пор гадаю, подписала ли какая-либо из редакций такой взаимовыгодный договор с цензурой.
......................................
Хорошо пишет Сергей Чупринин, особенно удается ударная концовка:
- "Но на «ты» мы, впрочем, так с ним и остались" - про Куняева
- "Зря я это сказал. Но запомнил, мне кажется, все-таки не зря" - про Евгения Винокурова
